|  |  | 

headline Литературное кафе

Дульсинея (Дуся) Полянская, сиамка, Санкт-Петербург

Дульсинея, кошка из рассказаВадим Скардана

Кочевая жизнь Гламур, по-моему, очень кошачье слово.

Но вот с гламуром мне как раз и не повезло, — мою хозяйку изгнали, что называется, почти из рая. Ну, по крайней мере из того места, которое принимают за рай в столице и ближнем Подмосковье. Хозяйка особенно не напряглась, она вообще-то стрессоустойчивая, готова поспорить: у нее ни разу в жизни даже дыхание не сбилось. А что ходит с вечно недовольным лицом — так это часть профессионального имиджа. Она у меня манекенщица. Я пока не очень разобралась, что это за промысел, только знаю, что она не откликается на «фотомодель» и говорит, что их ни в коем случае нельзя путать, — это две разные профессии. Фотомодель — это та, что нужна для получения фотографии, а манекенщица — та, на которую надевают разную одежду. А потом снимают. Ой, нет, сначала она в ней ходит. В общем, это все равно как спутать кошку с белкой, — обе очень обижаются.

Мужчина, у которого мы поселились, сначала показался мне довольно дружелюбным. Хотя, честно сказать, мы почти и не встречались, то ли потому, что его не бывало дома, то ли из-за размеров этого дома, где можно было растерять целый зоопарк с жирафами. Один только бассейн у него был такой длины, что он начинал заплыв в Барвихе, а завершал чуть ли не в Филевском парке. В этом бассейне все и случилось.

Я так толком и не поняла, почему он ее прогнал. Судя по всему, у них не сошелся градус нежности. Помню, он очень нервничал, кричал, что в постели она ведет себя так, что неясно, есть ли там кроме нее кто-нибудь еще, и что она, наверное, ни разу в жизни не сделала себе неудобно, даже когда вылезала из мамы.

-А в кровати, — не унимался он, — бывает неудобно, — натыкаешься на чьи-нибудь колени и всякое такое, а можно вообще иной раз так наткнуться, что от этого, страшно сказать, — заведутся дети…

Еще он сказал, что она, при всем том, обходится ему во столько, что за эти деньги он может выстроить еще один бассейн и накидать в него целую деревню таких, как она. В общем, вел себя агрессивно и как-то, на мой взгляд, не по-джентльменски. Впрочем, в конце он даже сделал мне комплимент, — сказал, что из двух домашних животных, он, скорее всего, оставит себе меня, потому что я хотя бы чистоплотная и не разбрасываю вещи. Но не оставил.

Хозяйка моя, девушка спокойная, если не сказать, слегка заскучавшая, собрала пожитки со мной в главной роли и ушла на съемную квартиру. Но мне в итоге и там места не нашлось, потому что мы заселились туда с ее подругой по работе, ой, извиняюсь, — по бизнесу, тоже, судя по всему, гонимой самцом со скверным характером. Если верить обрывкам ее истеричных причитаний, таких было, вроде бы, даже несколько. Представляю, чего она натерпелась, но мне ее не жаль. Из-за нее у нас круглосуточно звонил телефон, а если нет, значит она по нему громко трепалась. Как такое возможно с тем, что ты и буквы-то знаешь не все?! Непостижимо.

Но если не считать этого, повадки у нее были вполне кошачьи, — днем она, как правило, спала, отключив все средства связи, а по ночам, вероятно, уходила охотиться. Я так решила, потому что в квартире она никогда не ела и ничего не готовила. И, самое главное, — она приволокла сюда через пару недель эту мерзотную собачонку, такую же неопрятную, лохматую и визгливую, как она сама. Хотя повод меня отсюда выжить она озвучила честно и сразу, как появилась. У нее, видите ли, на кошек аллергия. А у меня как раз на таких вот, как они, шмакодявок. В общем, мы не поняли друг друга. Хозяйка отвезла меня в Питер, к своей матери. Надо признать, пока это самое спокойное место, даже с зачатками стабильного распорядка дня и, главное, питания. Наталья Марковна сказала, что меня уже скоро надо выдавать замуж, а это, хотя и прибыльное, но довольно хлопотное мероприятие. Я не очень поняла, что конкретно от меня потребуется, но, судя по тенденции, видимо очередной суетливый переезд.

Что ж, я почти привыкла.

Комментарии

Яндекс.Метрика