Почему Россия развязывает самоубийственные войны, вместо того чтобы предлагать соседям привлекательное будущее? Политолог Гела Васадзе сравнивает внешнюю политику Москвы с поведением домашнего тирана и рассуждает о том, как попытка вернуть влияние через силу приводит к окончательному краху империи.
«Часто думаю, в чем причина агрессивной и в конечном счете самоубийственной политики России. Почему она развязывает войны, сеет смерть, делает нелогичные, а иногда откровенно самоубийственные вещи? Ведь на первый взгляд все достаточно просто. Хочешь хороших отношений с Украиной – не захватывай Крым, не развязывай войну, не убивай украинцев. Потому что каждый убитый украинец – это десятки, а иногда сотни людей, которые будут ненавидеть Россию уже по совершенно личным причинам. И эта ненависть будет передаваться из поколения в поколение. То же самое касается и других соседей. Но Москва делает прямо противоположное. Почему?
Фраза «причина в имперском характере российского государства» объясняет все и одновременно не объясняет ничего. Москва требует от бывших соседей прежде всего одного – эксклюзивности отношений. И здесь она удивительно похожа на ревнивого бывшего мужа, который уже после развода требует от бывшей жены верности себе под угрозой физической расправы. Он рассказывает, как хорошо им было вместе, вспоминает исключительно счастливые моменты, а когда бывшая напоминает, как он ее мордовал во всех смыслах этого слова, искренне обижается и объявляет эти воспоминания русофобией.
Дальше больше. Сам по себе выход бывшей в контур чужого внимания для Кремля уже становится легитимным основанием для наказания. Причем наказания немедленного и неотвратимого. С немедленным у Москвы все получилось. С неотвратимым возникли серьезные проблемы. И обратно пасту в тюбик уже не засунешь. С Украиной вообще классика – «так не доставайся же ты никому».
И тут мне могут возразить: а может быть, российские претензии все-таки имеют под собой основания? Ведь и в Российской империи, и в СССР было не только плохое. Было и хорошее. Возможно. Даже очень возможно. Но есть нюанс. Если кто-то требует от другого эксклюзивности, он должен как минимум обеспечивать базовые потребности – безопасность, развитие и понятный контур будущего. Если этого нет, получается не Британское Содружество, а СНГ. Причем даже если такой пакет существует, другая сторона имеет полное право сказать: спасибо, но меня ваше предложение не устраивает, я выхожу на рынок и посмотрю, что предложат другие.
И тогда у предлагающей стороны есть несколько нормальных вариантов. Улучшить свой пакет. Оставить предложение в силе и ждать, пока партнер убедится, что ничего лучше не нашел. Не отзывать пакет предложений, но самому начать искать другого партнера. Все это нормальные, здоровые отношения. Нездоровая ситуация начинается там, где вместо улучшенного предложения появляются угрозы. Еще хуже – когда угрозы начинают реализовывать.
Но самое страшное для угрожающего наступает в тот момент, когда весь мир обнаруживает, что он не способен довести угрозу до конца. Потому что тогда рушится не только конкретный кейс. Рушится сама система отношений, построенная на страхе.
Именно это сейчас происходит с Россией.
Умирать тоже можно по-разному. Российская империя умирает кроваво, грязно и некрасиво».